Необоснованная налоговая выгода

Необоснованная налоговая выгода

Необоснованная налоговая выгода

Многие предприниматели после проверок ФНС сталкиваются с попытками обвинить их в получении необоснованной налоговой выгоды. Это понятие попало в обиход более 10 лет назад. Что такое необоснованная налоговая выгода и каковы ее признаки, как налоговики доказывают ее наличие, что бывает за нарушение – об этом в нашей статье.

Как появилось понятие необоснованной налоговой выгоды 

Законодатель не включил ни в НК РФ, ни в другие нормативно-правовые акты или судебные постановления определение данного понятия. Фактически, необоснованная налоговая выгода – это термин, который применяют налоговые органы и суды для определения неправомерного характера экономии на налоговых платежах.

Первоначально данный вопрос в значительной степени систематизировал ВАС РФ. В своем постановлении № 53 от 12.10.

2006 Пленум ВАС РФ перечислил ряд признаков, по которым можно утвердительно ответить на вопрос о наличии необоснованной налоговой выгоды.

Также данное постановление дает определение общего понятия налоговой выгоды независимо от ее правомерности. Под ней ВАС РФ понимает любую возможность уменьшения налоговых обязательств перед бюджетами. 

Через 11 лет после выхода постановления, 19 августа 2017 года, ввели новую статью Налогового кодекса. По сути, ст. 54.1 НК РФ также раскрывает вопросы необоснованной налоговой выгоды, хотя ни в ней, ни в статье 11 законодатель не дает прямого определения этого понятия. 

Вскоре после вступления в силу новой статьи ФНС заявила, что статья:

  • не упорядочивает положения постановления № 53;
  • вводит перечень действий, которые свидетельствуют о необоснованной налоговой выгоде, а также перечень условий для законного получения налоговой экономии без претензий со стороны государственных органов (письмо ФНС России от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@). 

Что такое необоснованная налоговая выгода на практике: признаки и способы выявления 

Ранее ВАС РФ заявлял, что к признакам нарушения можно отнести ситуации, когда, например:

  • налоговую экономию получают вне связи с реальностью (п. 4 постановления № 53);
  • у предпринимателя объективно нет финансовых и материальных ресурсов, благодаря которым он получил налоговую выгоду (п. 5 постановления № 53). 

ВАС РФ также говорил, что все обстоятельства при доказывании необоснованной выгоды надо учитывать в совокупности. Такие признаки как, например, взаимозависимость сторон или разовость операции, сами по себе не являются безусловными свидетельствами неправомерной экономии на налогах. 

Ст. 54.1 НК РФ содержит иной подход к определению необоснованной налоговой выгоды. Фактически, под ней кодекс подразумевает налоговую экономию в результате искажения сведений:

  • о фактах предпринимательской деятельности;
  • об объектах налогообложения;
  • в налоговой отчетности (п. 1 ст. 54.1 НК РФ). 

Также налоговые органы оспорят правомерность действий предпринимателя, если отсутствует хотя бы одно из условий:

  • цель действий – не неуплата налога;
  • сделку исполняет тот, кто прямо обязан это делать по договору или по закону (п. 2 ст. 54.1 НК РФ). 

При этом кодекс указывает на обстоятельства, которые по отдельности не могут быть основаниями для предъявления претензий по необоснованной налоговой выгоде:

  • подписание документов неизвестным лицом,
  • налоговые споры контрагента по сделке,
  • иные возможности получения такого же результата по сделке. 

Как налоговые органы доказывают необоснованную налоговую выгоду 

Именно сотрудники налоговых инспекций должны доказывать неправомерность налоговой экономии. Это правило содержит п.5 ст. 82 НК РФ. ФНС России выпустила ряд писем, в которых:

  • разъясняет порядок применения ст. 54.1 НК РФ,
  • дает указания налоговикам по порядку проверки фактов необоснованной налоговой выгоды. 

В своем письме от 16.08.2017 № СА-4-7/16152@ ФНС России говорит, что:

  • инспекторы должны получать доказательства, которые свидетельствуют об умышленном поведении предпринимателей при получении неправомерной налоговой экономии;
  • следует проверять именно реальность сделки и ее исполнимость контрагентом первого звена. 

Письмо содержит примеры действий в рамках необоснованной налоговой выгоды, в частности:

  • использование налогоплательщиком схем транзитных операций между связанными контрагентами,
  • привлечение посредников,
  • применение нетипичных сроков платежей. 

Источник: https://www.arbitr-praktika.ru/article/2408-neobosnovannaya-nalogovaya-vygoda

Необоснованная налоговая выгода: судебная доктрина хорошо, а закон лучше

Необоснованная налоговая выгода
К.А. Сасов,старший юрист юридической компании«Пепеляев, Гольцблат и партнеры»,

12 октября 2006 г.

Пленум ВАС РФ принял Постановление № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

Сегодня уже можно попытаться ответить на вопрос: решил ли ВАС РФ проблемы борьбы с налоговым мошенничеством, злоупотреблением налоговыми правами и защиты прав законопослушных налогоплательщиков? 

Вместо градации налогоплательщиков по признакам доброй или недоброй совести (по морально-этическим понятиям) в Постановлении № 53 ВАС РФ предложил другие подходы: концепцию обоснованной налоговой выгоды, учет типовых признаков налогового мошенничества, приоритет существа сделки над ее формой, требование должной осмотрительности при заключении сделки.

До Постановления № 53 ВАС РФ арбитражная практика налоговых споров так или иначе учитывала прин-цип недопустимости злоупотребления налоговыми правами. Для пресечения налогового мошенничества суды широко применяли доктрину налоговой добросовестности, введенную в оборот Конституционным Судом РФ.

Но отсутствие общепризнанных критериев добросовестности налогоплательщиков на практике не решало поставленной задачи, а только увеличивало количество налоговых споров.

ВАС РФ попытался выявить некоторые признаки налоговых злоупотреблений (употребление налоговых прав во зло публичным интересам) и выработать новую, более совершенную судебную

доктрину.

Постановление № 53 – полезная, но временная мера

В конце 2006 г. принятие Постановления № 53 было разумным и необходимым шагом.

Высшему Арбитражному Суду РФ удалось снять чрезмерную напряженность в отношениях налогового ведомства и налогоплательщиков и четко обозначить проблему: судебные органы вынуждены дорабатывать за законодателя, который не принял действенных норм, направленных на борьбу с налоговыми злоупотреблениями и мошенничеством.

За прошедшие два года с момента принятия Постановления № 53 в законодательной сфере ничего не изменилось. Ясно, что деятельность законодателей (а также и ведомств, ответственных за налоговую политику) в этой области имеет спорадический характер: «гром не грянет – мужик не перекрестится».

В 2006 г., когда «налоговая напряженность» зашкаливала, Администрация Президента РФ объявила конкурс на подготовку законопроекта, направленного на предотвращение налоговых схем и т. д. Проект так и не был разработан, об идее забыли.

Однако необходимость продолжения такой работы становится все более очевидной. Постановление № 53 оказалось полезной, но временной мерой. Сжатые сроки, в течение которых готовился этот документ, не позволили избежать просчетов.

Недостаток Постановления № 53 – неадекватные понятия

Для регулирования налоговых правоотношений выбраны неудачные и неадекватные понятия. Это главный концептуальный недостаток Постановления № 53.

По сути ВАС РФ заменил морально-этическое (неправовое) понятие «добросовестность» понятием «налоговая выгода», не соответствующим экономической сути налоговой обязанности [ сноска 1 ] .

Уменьшение размера налоговой обязанности вследствие изменения налоговой базы, получения налоговой льготы, вычета, возврата, зачета или возмещения налога из бюджета может быть либо правомерным (на основании закона), либо неправомерным (с нарушением закона). Если налогоплательщик поступает законно, то он не выгадывает (выбарышничает, выкраивает, ухитряется), а реализует свое право, предусмотренное законом.

Самые распространенные «налоговые выгоды» – это вычеты по налогу на прибыль и НДС. Размер вычетов напрямую связан с размером производственных затрат налогоплательщика: чем больше затраты, тем больше налоговые вычеты. С точки зрения собственника, увеличение его «налоговых выгод» является экономически невыгодным: чтобы сэкономить 24 руб.

налога на прибыль и 18 руб. НДС (итого 42 руб. «налоговой выгоды»), налогоплательщик должен дополнительно затратить 100 руб. своих денег в виде производственных затрат.

В этой связи настоящим выгодоприобретателем является не налогоплательщик, заявивший налоговые вычеты, а его контрагент, который не заплатил налоги в бюджет, но по каким-то причинам избежал налогового контроля.

Такая терминологическая неточность искажает суть налоговых правоотношений: налогообложение становится в сознании суда не только неизбежным бременем для налогоплательщика, но и способом получить им от бюджета какую-то выгоду.

В таком контексте обращение налогоплательщика в суд воспринимается не как способ сохранить свое имущество от незаконного изъятия, а как способ защитить свое право на выгоды, которые он получает от государства.

Это само по себе придает негативную окраску поведению «налогоплательщика-выгадывателя».

«Налоговая сдача» – собственность налогоплательщика.

Представляется, что заявление налогоплательщиком налоговых вычетов – это не уменьшение им своих налоговых обязанностей, а формирование законной налогооблагаемой базы.

Если заявление на возврат налоговой переплаты обосновано, то такие действия скорее можно квалифицировать как получение «налоговой сдачи», то есть возврат собственности налогоплательщика, на которую бюджет претендовать не вправе.

Арбитражные суды придерживаются тех же подходов.

Если согласиться с тем, что «налоговая сдача» является собственностью налогоплательщика, то нужно признать, что на нее распространяются все гарантии, предусмотренные частью 2 статьи 35 Конституции РФ: право иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. При этом ограничение права собственности согласно статье 55 Конституции РФ допустимо только на уровне федерального закона, а не судебной доктрины.

Нетрудно заметить, что ВАС РФ не разъясняет применения конкретных норм АПК РФ и НК РФ, а объясняет судам практику единообразного применения понятия, введенного в оборот самим ВАС РФ.

Строго говоря, такого правомочия статья 13 Федерального конституционного закона РФ «Об арбитражных судах в Российской Федерации» не предусматривает. По сути, это есть не что иное, как нормотворчество (процессуальное и материальное), не предусмотренное законом.

Представляется, что ВАС РФ должен был прежде всего толковать нормы действующего законодательства, а не устанавливать новые правила поведения.

Регулирование правоотношений без закрепления в законе незаконно

Поначалу специалисты ВАС РФ позитивно оценили Постановление о налоговой выгоде, обнаружив в нем проявление своеобразной законодательной инициативы [ сноска 3 ] . Вместе с тем длительное регулирование правоотношений без соответствующих правил поведения, закрепленных на законном уровне, является, по сути, беззаконием.

Напомним также, что в силу части 3 статьи 55 Конституции РФ права и свободы могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Некоторые авторы уже отметили, что в более отдаленной перспективе Постановление № 53 представляется весьма опасным шагом, поскольку фактически новая норма налогового права введена органом, который хотя и является субъектом законодательной инициативы, но не обладает правотворческой компетенцией [ сноска 4 ] .

В пункте 11 Постановления № 53 ВАС РФ отметил, что признание налоговой выгоды необоснованной не должно затрагивать иные права налогоплательщика (кроме права требовать эту налоговую выгоду), предусмотренные законодательством о налогах и сборах.

ВАС РФ не упоминает о конституционных правах налогоплательщика, однако правовые последствия признания налоговой выгоды необоснованной, установленные ВАС РФ, фактически покушаются на конституционное право налогоплательщика не лишаться своего имущества иначе, как на законных основаниях и по решению суда (ч. 3 ст. 35 Конституции РФ).

Отсутствие законных правил поведения (предписаний, запретов) дестабилизирует гражданский оборот, вносит в налоговые правоотношения правовую неопределенность. Как справедливо указал в одном из своих интервью судья Конституционного Суда РФ А.Л. Кононов, «государство, если оно видит какие-либо проблемы, должно выстраивать систему защиты в законе» [ сноска 5 ] .

Выводы

• Отказ ВАС РФ от прежнего оценочного понятия «добросовестность» представляется позитивным. Приведенное постановление Пленума ВАС РФ несколько сдерживает практику налоговых органов по навешиванию на налогоплательщиков ярлыков «недобросовестности».

• Практика ВАС РФ по заполнению правовых пробелов судебными толкованиями отодвигает решение законодателем проблем борьбы с налоговым мошенничеством на неопределенный срок.

Если бы ВАС РФ разрешал налоговые споры строго по закону, применяя правовые аксиомы о персональной вине налогоплательщика, презумпции его невиновности, толковании неопределенной налоговой нормы в пользу налогоплательщика, законодательная власть (по инициативе исполнительной) решила бы эту проблему быстрее.

[ сноска 1 ] Согласно п. 3 ст. 3 НК РФ налоги и сборы должны иметь экономическое основание и не могут быть произвольными. Конституционный Суд РФ в Постановлении от 17.12.1996 № 20-П указал, что государство вправе притязать в бесспорном порядке только на имущество, обладающее статусом налогов, то есть принадлежащее ему на законных основаниях [ сноска 2 ] Зимин А.В. К вопросу о применении прецедентной практики Европейского суда по правам человека в налоговых спорах // Налоговые споры: теория и практика. 2006. № 2. [ сноска 3 ] См.: Интервью с начальником управления законодательства ВАС РФ Д.И. Дедовым // ЭЖ-Юрист. 2006. № 40. [ сноска 4 ] См.: Мосин Е.Ф. Доктрина обоснованной налоговой выгоды // Ваш налоговый адвокат. С. 41. [ сноска 5 ] См.: Кононов А.Л., судья КС РФ: «Если человек эффективно строит свой бизнес, в результате чего платит меньше налогов, – это его право и справедливый интерес» // Налоговед. 2008. № 6.

как Суды квалифицируют налоговую переплату 

ФАС Северо-Западного округа в Постановлении

от 11.05.2007 по делу № А56-30745/2006 заключил, что проценты за нарушение срока возврата НДС являются компенсацией потерь за неоправданную задержку в использовании принадлежащих обществу по праву денежных средств, вызванную несвоевременным возвратом налога.

Европейский суд по правам человека

Источник: http://nalogoved.ru/art/1679.html

Как юристы зарабатывают на изменении регулирования

Необоснованная налоговая выгода

Неопределенность – самая дискомфортная среда для бизнеса, а значит – источник спроса на услуги консультантов: компании готовы хорошо заплатить, чтобы избежать новых и еще не очевидных для них рисков. Уточненные правила необоснованной налоговой выгоды – один из самых распространенных поводов для претензий налоговиков – не исключение.

Более 10 лет понятие необоснованной выгоды (например, в виде вычетов из НДС) существовало лишь в судебной практике, пока в 2017 г. не материализовалось в Налоговом кодексе в виде ст. 54.1 «Пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы и (или) суммы налога, сбора, страховых взносов».

Ее появление должно было сформировать единую судебную практику, но пока сформировало лишь спрос на юридические услуги, в частности по проверке контрагентов, в один голос говорят юристы. И это при том, что налоговики применяют новый инструмент пока крайне редко и обещают не превращать его в оружие массового поражения.

Но если на стене висит ружье, значит, оно должно выстрелить. Эта угроза заставляет бизнес нервничать и искать помощи у консультантов.

Если оценивать новую норму с точки зрения доходов юридического бизнеса, то консультанты от нее в восторге. По 54.

1 заказы приходят даже от тех компаний, которые никогда прежде не прибегали к услугам внешних юристов, рассказывает управляющий партнер адвокатского бюро «Юс ауреум» Александр Кобзев.

Запросы клиентов по необоснованной налоговой выгоде выросли в разы, подтверждает партнер PwC Раиса Алексахина. Более 30% обращений по налогам за последний год связаны с этой статьей, оценивает руководитель налоговой практики Vegas Lex Юрий Иванов.

А у адвокатского бюро «Андрей Городисский и партнеры» количество обращений по делам об уклонении от уплаты налогов за год выросло примерно на 40%, рассказывает руководитель налоговой практики Валентин Моисеев: в том числе из-за пристального внимания инспекторов к необоснованной выгоде.

Есть два противоположных тренда, говорит член экспертного совета ТПП Максим Хвалибов: с одной стороны, бизнес сокращает расходы на внешних юристов, с другой – без них часто не разобраться в постоянно усложняющемся законодательстве. Новая статья 54.1 – как раз такой пример, никто до конца не понимает, как она будет применяться, объясняет он: «Одному ошибаться не хочется – и бизнес массово обращается к внешним консультантам».

Понятие и критерии необоснованной налоговой выгоды были сформулированы в 2006 г. пленумом Высшего арбитражного суда (ВАС) в постановлении № 53, а затем развивались в судебной практике.

Речь идет о ситуациях, когда налогоплательщик внешне не нарушал закона, но операции совершал не ради экономической выгоды, а чтобы снизить налоги или возместить их из бюджета, например заключая сделку с однодневкой, которая не способна ее выполнить.

Так ВАС рассчитывал и бизнес защитить от необоснованных обвинений в недобросовестности, и налоговикам дать посредством судебной практики инструкцию, как доказывать нереальность операций и бороться с налоговой минимизацией.

Еще в 2006 г. рассматривался альтернативный вариант – закрепить новые правила в Налоговом кодексе. После решения ликвидировать ВАС дискуссия возобновилась и закончилась появлением в Налоговом кодексе ст. 54.1. Во многом она воспроизводит практику ВАСа, но есть и отличия.

Постановление пленума не может использоваться при налоговых проверках, декларации по которым были представлены после вступления в силу этой нормы, писал в октябре 2017 г. замруководителя ФНС Даниил Егоров: эта статья не кодификация правил ВАСа, а «новый подход к проблеме».

В письме он подчеркивает, что принцип презумпции добросовестности налогоплательщика (который не зафиксирован в статье, хотя был в постановлении ВАСа) сохраняет силу «как один из важнейших элементов регулирования налоговых отношений и публичного правопорядка в целом».

В постановлении ВАСа говорилось, что условием получения налоговой выгоды является реальность сделки, а проверяться должен непосредственный контрагент компании, например, есть ли у него персонал, производственные мощности, транспорт, рассказывает руководитель налоговой практики Eversheds Sutherland Андрей Грачев. Теперь этого недостаточно – чтобы получить, например, вычет по НДС, нужно не просто доказать, что операция была выполнена, но и то, что ее выполнил контрагент или его субподрядчики, говорит партнер KPMG Михаил Орлов. Например, мебельный магазин должен доказать, что у фабрики, продавшей стулья, были древесина и ткань и она покупала их у реальных поставщиков, объясняет Грачев. Приходится проверять всю цепочку договоров контрагента, сетует управляющий партнер Taxadvisor Дмитрий Костальгин.

Компания может уменьшить базу или сумму налога, если выполнены два условия: сделка совершена не ради уклонения от налогов и контрагент исполнил свои обязательства, говорит представитель ФНС. Основные принципы – это запрет на получение налоговых преференций в результате умышленного искажения сведений и борьба с использованием фирм-однодневок, объясняет он.

Налоговики должны доказать, как именно налогоплательщик исказил результаты хозяйственной деятельности, зачем он это сделал, что он хотел таким образом уменьшить налоговую базу и что бюджет понес потери, перечисляет Егоров в письме. Полномочия налоговиков при сборе доказательств новая статья не расширяет, указывает он.

Теперь налоговые последствия еще больше зависят от действий контрагентов и других лиц – это увеличивает непредсказуемость, предупреждает Алексахина. Даже сама ФНС призывала инспекторов внимательно проверять реальность операций. В письме, разосланном в октябре 2018 г.

по инспекциям, ФНС признавала, что часто налоговики проверяли бизнес формально, нарушения не доказывали, а аргументы компаний не рассматривали.

И хотя письмо касалось практики прошлого года, федеральный чиновник рассказывал ранее «Ведомостям», что перечисленные проблемы сохранились и после вступления в силу ст. 54.1.

Кроме того, рассказывает Костальгин, в ст. 54.1 в отличие от постановления пленума ВАСа отсутствует возможность налоговой реконструкции – операции, которые нацелены на занижение налогов, отменяются полностью.

Хотя даже у подозрительных сделок может быть деловая цель, поэтому раньше суд мог переквалифицировать сделку, чтобы определить налоговую нагрузку, исходя из реальных операций.

Теперь такой возможности нет, заключает он.

Есть целые отрасли, предприятия которых проверяются с упором на ст. 54.1, например машиностроение, деревообрабатывающая промышленность, химическая отрасль, рассказывает партнер Deloitte Юлия Орлова: «В каждом акте налогового контроля этих отраслей указана проверка именно контрагентов, и с появлением новой статьи давление усилилось».

Кроме того, это сферы розничной торговли, общепита, производства и поставки товаров широкого потребления, строительства, особенно жилого, перечисляет старший юрист Herbert Smith Freehills Сергей Еремин.

По его наблюдениям, очень пристально налоговики изучают бизнес с длинными цепочками поставок (особенно если в них встроены индивидуальные предприниматели или малый бизнес) и если активно используются договоры агентские и комиссии.

Говорить о наличии целых отраслей, в проверках которых сделан упор на ст. 54.1, неправильно, настаивает представитель ФНС: в последние годы изменены подходы к контрольной работе, внедрен риск-ориентированный подход. С 2011 г.

количество выездных проверок сократилось почти в 4 раза – до 20 200 по итогам 2017 г., а доначисления на одну проверку выросли более чем втрое до 15,7 млн руб.

Определяются налогоплательщики с максимальными налоговыми рисками, и, в случае их подтверждения, налогоплательщики либо уточняют декларации, либо могут попасть в план выездных проверок. Претензии по ст. 54.

1 предъявляются, только если собрано достаточно доказательств, подтверждающих злоупотребления, настаивает представитель ФНС, а чтобы сформировать единый подход, ФНС следит за всеми такими проверками. За первые полгода действия ст. 54.1 в ФНС поступили материалы только по 24 проверкам с ее использованием, сообщала ранее ФНС.

Юристы проводят проверку

Хотя ставки за работу по судебным спорам и за консалтинг обычно одинаковые, но судебное дело вести выгоднее, рассказывает Грачев: во-первых, большинство клиентов приходят тогда, когда уже возник спор, а во-вторых, споры, как правило, тянутся долго и юрист занят в них больше часов.

По данным Верховного суда, в 2017 г. количество налоговых споров опять выросло, в отличие от прошлого года, когда их стало вдвое меньше: 45 674 спора против 29 319 в 2016 г. и 65 630 в 2015 г.

С прошлого года ФНС собирает страховые взносы, что вызвало рост судебных споров по образовавшейся ранее задолженности, объясняет представитель службы, но их уже становится меньше. Количество же налоговых споров с бизнесом ежегодно уменьшается: в 2017 г. – на 9% (около 11 000 дел), говорит он.

Кроме того, растет доля требований налогоплательщиков, которые удовлетворяет сама ФНС во время их досудебного рассмотрения, – 31,4% от их суммы по итогам первого полугодия 2018 г. против 16,2% в 2017 г. и 7,4% в 2016 г.

На первый план в запросах клиентов выходят налоговое структурирование, консалтинг, выстраивание систем внутреннего комплаенса, рассказывает Грачев: это настоящее и ближайшее будущее юридического бизнеса в налоговой сфере. Именно такие проекты принесла юристам помимо судебных споров статья 54.1 Налогового кодекса: она увеличила спрос на проверку контрагентов.

За внедрение такой системы ведущие юридические фирмы могут брать от $5000 до $25 000, говорит старший партнер «Пепеляев групп» Сергей Савсерис. Но экономически неразумно создавать системы только для проверки контрагента, считает Еремин.

Обычно они входят в общие комплаенс-системы, в которых совмещены функции проверки контрагентов, оценки рисков противодействия отмыванию преступных доходов и снижения коррупционных рисков. Многие выстраивают систему, в которой требования российских налоговиков совмещены с зарубежным законодательством по противодействию коррупции, уточняет Орлова из Deloitte.

И тогда стоимость может доходить до нескольких миллионов долларов, добавляет партнер Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) Евгений Тимофеев: внешние консультанты создают такие системы, тестируют, ищут слабые места.

По словам Орлова из KPMG, пока еще нет четкого понимания «идеальной модели» бизнес-процессов в работе с контрагентами, которая гарантированно устроит налоговые органы.

Не понятно, насколько буквально статья будет толковаться – налоговики уже полностью отказывали в вычете по НДС, не найдя доказательств, что контрагент мог выполнить операцию, пусть даже она была реально совершена, подтверждает Алексахина.

Не известно и как будут применяться новые понятия, например, теперь налоговики могут предъявить претензии, если решат, что неуплата налогов была основной целью сделки. Но как толковать понятие «основной», задается она вопросом. Отсутствие четких определений может привести к усилению субъективного подхода, опасается Алексахина.

Судебная практика сформируется через полгода, ожидает Алексахина. Она только начинает формироваться, подтверждает представитель ФНС. Грачев ожидает, что пик обращений за юридической помощью из-за ст. 54.1 придется на 2019 г.

Источник: https://www.vedomosti.ru/economics/articles/2018/11/28/787815-yuristi-zarabativayut

Необоснованная налоговая выгода и прозрачные оффшоры: нововведения на налоговом фронте 2018

Необоснованная налоговая выгода

Как доказать обоснованность налоговый выгоды и почему старые схемы с оффшорами больше не работают? Мы собрали полезную и даже пугающую информацию о важных нововведениях 2018 года, которую необходимо учитывать, чтобы действовать законно и безопасно.

Необоснованная налоговая выгода: как не попасть на крючок ФНС?

С лета 2017 года в силу вступили поправки в налоговый кодекс (НК) России, которые меняют правила относительно необоснованной налоговой выгоды. Цель поправок – бороться со злоупотреблениями налогоплательщиков в получении налоговых льгот. Ранее решения основывались на судебной практике, но с 2017 года действует новая статья НК и новый подход.

Как сообщают представители ФНС, основным критерием для той или иной сделки является проверка на её реальность. Для того, чтобы получить налоговый вычет, льготы или возврат, компания должна не только на бумаге заключить сделку (скажем, на получение товара), но и обеспечить её выполнение.

ФНС проверяет электронную систему автоматического обмена и приглашает финансовые организации на тест

Если сделка была реальной, т.е. услуга оказана, товар доставлен контрагентом, с которым оформлен договор, то шанс недопонимания со стороны ФНС снижается. При этом в ФНС отмечают, что необходимо осмотрительно выбирать контрагента, как и раньше, но теперь приоритетом становится именно реальное выполнение сделки. Если она реальна, то есть право претендовать на налоговую выгоду.

Важно заметить: если налоговые органы в своих выводах по компании отмечают использование нововведённой статьи НК (54.1), то эти выводы согласуют в Центральном аппарате.

Также эксперты отмечают, что необоснованная налоговая выгода требует доказательств. И здесь важно, чтобы бюджету был нанесён ущерб. Если сделка проведена, она реальная и ущерба нет, несмотря на различные претензии ФНС (скажем, из-за высокой разницы между ценой аренды напрямую и через посредника), есть шанс отстоять своё право на налоговые льготы.

Специалисты отмечают и то, что использование различных структур теперь также должно быть обоснованно.

Судебная практика последних лет показывает, что иностранную компанию, которая не является полноценно действующим лицом сделки, а просто «перекачивает» деньги из одного государства в другое, рассмотрят как инструмент для получения необоснованной налоговой выгоды и потребуют доплатить налоги, как это сделали с Северсталью.

Также мы отмечаем кардинальное изменение отношения к использованию оффшорных и иностранных компаний и счетов. Неожиданно в массовом порядке эксперты обратили внимание на то, что мы говорим последние 5 лет: мир становится прозрачным и привычные инструменты перестают работать.

Этому активно помогают международные соглашения, ужесточения правил против отмывания денег и размытия налоговой базы, как и вступивший в силу в России автоматический обмен налоговой информацией.

Верховный Суд позволил ФНС менять решение по налоговым льготам от нижестоящих инстанций: иностранный счет для защиты активов компании

Прозрачность повсюду: банки, регистры, обмены

Как вам хорошо известно, в конце декабря 2017 года Россия активировала автоматический обмен. 73 страны пришлют информацию в Россию о банковских вкладах её резидентов в 2018-2019 годах. А затем обмен будет проходить на автоматической ежегодной основе.

К обмену присоединились в том числе популярные у россиян банковские юрисдикции, где хранят средства, как частные лица, так и компании: Кипр, Люксембург, Андорра, Швейцария с 2019 года.

Это автоматически создаёт риски для тех, кто не хотел декларировать иностранные счета, как того требует закон, как и для тех, у кого есть иностранные компании (КИК). В ФНС смогут узнать об их существовании, а следовательно назначить штрафы в рамках налогового и валютного законодательства.

Прозрачность вступает в свои права не только в крупных странах, которые больше всего страдают от нехватки налогов.

Давление оказывают и на оффшорные зоны, которые долгие годы славились своей анонимностью и закрытостью. Джерси, Гернси и другие присоединились к автоматическому обмену.

Британские Виргинские острова исключены из списка оффшоров ФНС, а значит готовы к обмену информацией с Россией.

Также это означает, что привычные и относительно простые структуры компаний, которые раньше позволяли лихо сэкономить на налогах и скрыть личную информацию, будут работать хуже или перестанут действовать вообще.

Не меньшую тревогу вызывает желание властей разных стран раскрывать реестры бенефициаров компаний. Где-то его делают полностью доступным и прозрачным, как в Великобритании, а где-то с доступом только со стороны правоохранительных органов. О желании раскрыть бенефициаров заявил Кипр, который до сих пор пользуется большой популярностью у российских предпринимателей.

Необходимо кардинально менять подход к собственному бизнесу и к защите активов. Приходиться забыть о полной анонимности и возможности «не платить налоги». Одно из требований, которые вводят страны, в частности, ЕС – это требование платить подоходный налог хотя бы в одной стране. Иными словами, если компания или лицо выводит прибыль и не платит налоги вообще, то к нему точно явится проверка.

Неужели придётся отказаться от иностранных компаний и счетов? Разумеется, нет. Опять же: меняется подход, а не суть, ведь иностранные компании, трасты, счета и иные активы диверсифицируют риски, повышают доходность и дают предсказуемость.

Если ваша цель – меньше отчитываться перед российскими налоговиками, то разумным решением становится смена налогового резидентства. Пробыв более 183 дней в году вне России, вы сможете стать резидентом в другой стране. Это освобождает вас от необходимости декларировать иностранные компании, как и иностранные банковские счета благодаря нововведениям в валютное законодательство.

Лучшее налоговое резидентство в Европе – 11 стран с самыми низкими налогами для резидентства

Однако налоговое резидентство – это не просто переезд в новую страну «на бумаге». В России этот принцип ещё не используется активно, в отличие от других государств, но его следует учитывать.

Он называется «центр жизненных интересов».

Если вы заявляете себя жителем Швейцарии, но ваша семья в полном составе живёт в Москве, плюс ваша компания работает здесь же, то возникает вопрос: а не обманываете ли вы кого-нибудь?

По этой причине планирование налоговой резиденции – важнейший этап на пути защиты своей жизни и активов. Благодаря ей вы сможете эффективнее использовать иностранные компании и счета. Подробнее о налоговом резидентстве вы узнаете на портале. Если же вы знаете в каком направлении хотите переехать, то смело обращайтесь за помощью к консультантам портала: info@offshore-pro.info.

Источник: https://internationalwealth.info/tax-planning/unreasonable-tax-benefits-and-transparent-offshores-innovations-on-the-tax-front-2018/

Получение необоснованной налоговой выгоды

Необоснованная налоговая выгода

Что такое необоснованная налоговая выгода, что будет если налоговые инспекторы ее отыщут, как получить обоснованную выгоду в 2019 году – ответы на эти вопросы в статье.

Получите бесплатный вип-доступ к журналу «Финансовый директор»

Любое коммерческое предприятие создается с целью получения прибыли, которая невозможна без увеличения доходов и уменьшения расходов организации. И налоги – это зачастую одна из наибольших статей расходов, которую стремится уменьшить каждая компания.

Чтобы получить налоговую выгоду по любому из налоговых обязательств, фирмы подчас предпринимают такие действия, которые влекут за собой уменьшение налоговой нагрузки, но могут не являться законными в рамках российского законодательства.

В этом случае речь идет о необоснованной налоговой выгоде.

Что такое налоговая выгода

Налоговая выгода – это когда компания снижает собственную налоговую нагрузку за счет применения различных льгот, вычетов, сокращения налоговых платежей или получения возврата ранее уплаченных сумм налога из бюджета. Она бывает обоснованная (когда компания имеет законодательно закрепленное право получения выгоды) и необоснованная (когда налоговая нагрузка снижается за счет неправомерных, незаконных действий компании).

Выгода может быть признана необоснованной в том случае, когда:

  • в результате действий компании сделка не считается реальной,
  • затраты на приобретение или производство завышены (неоправданность операций),
  • контрагент признан налоговиками сомнительным, однако компания получает весомую прибыль от сделки.

Контрагент также может быть и взаимозависимым (аффилированным).

На какие сделки налоговики обращают особое внимание

Немаловажным является то, что выгода признается необоснованной, только если налоговые инстанции смогут это доказать. Поэтому инспекторы налоговых служб в первую очередь при проведении выездных налоговых проверок обращают внимание на следующие сделки:

  • компания совершает сделку по изготовлению определенной продукции или выполнению определенной работы, при этом, не имея материальной или технической базы для производства/оказания услуг, либо сроки сделки существенно меньше сроков производства определенного товара;
  • компания совершает крупную сделку с контрагентом, который организован совсем недавно (такие компании называют однодневками), имеет тот же юридический адрес и контакты, что и сама организация (компании, которые ранее находились в составе головной организации, а ныне находятся на специальном налоговом режиме), имеет тот же управленческий состав (схемы «дробления бизнеса» с целью ухода от уплаты некоторых налогов или уменьшения их сумм), компании, находящиеся в процессе ликвидации или реорганизации, совершал налоговые правонарушения подобного рода, а также в случае единичного проведения крупных операций на существенные суммы с подобными контрагентами;
  • компания произвела совершенно новый вид продукции, который ранее не выпускала либо резко увеличился объем производства в связи с получением одного заказа;
  • компания искусственно создает условия, при которых появляется возможность существенного уменьшения сумм налога или использования пониженных налоговых ставок и т.д.

Как налоговики проверяют возможность указанных ситуаций? Налоговым инспекторам не составит труда определить по регистрам бухгалтерского и налогового учета, все ли суммы дохода в отчетном периоде были отражены, и была ли такая информация достоверно указана в регистрах.

Подобного рода сделки могут быть явными (являются результатом незаконного действия) или неявными (напрямую не влекут получение необоснованной налоговой выгоды, но если их рассматривать в совокупности с явными сделками, то они вполне могут считаться незаконными). Все рассматриваемые ситуации по доказательству необоснованности полученной организациями налоговой выгоды должны быть доказаны налоговиками в арбитражном суде в рамках гражданского законодательства.

Налоговый кодекс РФ о необоснованной выгоде

В налоговом законодательстве при рассмотрении налоговой выгоды следует руководствоваться в первую очередь статьей 54.

1 НК РФ – здесь указано о недопущении уменьшения налоговой базы по налогам и сборам вследствие искажения фактов хозяйственной деятельности.

Иными словами – важно и нужно, чтобы сделки компании были действительно осуществлены, а контрагенты существовали на самом деле и были указаны в договоре как сторона сделки.

В судебном порядке налоговики также должны доказать умышленность совершенных организацией правонарушений, либо если компания сознательно их допустила. Если инспекторы не смогут доказать умышленность – совершенные ошибки не считаются правонарушением в рамках статьи 54.1 НК РФ.

В статье Налогового кодекса конкретизированы условия, при которых сделки организации будут считаться законными и реальными и компания сможет в верных суммах учитывать свои расходы и определять налоговую базу.

Таковой будет считаться та сделка, целью которой не является занижение налоговой базы по какому-либо налоговому обязательству, либо если договорные обязательства выполнены сторонами сделки.

Сложности ждут тех, кто поставляет товар не самостоятельно, а используя услуги третьих лиц – здесь придется доказать налоговикам что сделка действительно имела место быть.

Сделкой, которая будет признана налоговиками как некорректная, считается та, которая имеет цель уменьшить налоговую нагрузку компании, а не конкретная деловая операция.

Например, реализация крупных партий товара с убытком (или множество мелких таких операций), финансирование заведомо убыточных предприятий, вложение в обесценивающиеся ценные бумаги (акции, облигации) и т.д.

Конечно, следует понимать, что никто не запрещает организациям вести свою деятельность таким образом, чтобы минимизировать собственные налоговые расходы, однако эти операции не должны быть искусственными, должны содержать экономический смысл. А налоговики, при поиске налоговых правонарушений, не вправе навязывать компаниям тот или иной принцип ведения бизнеса.

Как налоговики ищут необоснованную выгоду

Как говорилось ранее, необоснованность налоговой выгоды инспекторам еще нужно доказать. И делают они это, как правило, следующим образом:

  • запрос и проверка первичных учетных документов (договоры, счета-фактуры, накладные, прочие учетные документы, инвентаризационные акты и описи и прочее);
  • проверка контрагентов компании по различным базам (в том числе и по ресурсам ФНС);
  • осмотр складов и помещений для хранения товаров и материалов;
  • сопоставление данных форм бухгалтерской отчетности регистрам бухгалтерского учета, а также инвентаризационным актам и описям;
  • опрос должностных лиц, консультирование с компетентными лицами (в том числе и с внешними экспертами);
  • анализ поступлений и расходных операций по расчетным и валютным счетам;
  • Изучение сайтов компаний (иных ресурсов сети Интернет);
  • ведение переписки с контрагентами (при возникновении подозрений о спорной сделки), письменные запросы контрагентам и т.п.

Сбор доказательств не ограничивается вышеперечисленными мерами.

Первоочередная задача – обнаружить признаки формального документооборота, выявить факты обналичивания денежных средств, найти подконтрольные организации и фирмы-однодневки и проанализировать объемы операций с ними, а также найти контрагентов, чья деятельность вызывает сомнения (без активов, без персонала, наличие недостоверной налоговой отчетности и налоговых правонарушений). При проверке и анализе договоров с контрагентами проверяется наличие спецификаций к поставкам товара, сроки поставки и т.д. Серьезно налоговики относятся и к оформлению первичных учетных документов – наличие подписей, возможность идентифицировать лиц, подписавших и оформивших накладные, правильность регистрации счетов-фактур, отсутствие необходимых реквизитов на документах.

Следует иметь в виду, что проверка контрагентов перед заключением договора лежит полностью на руководстве компании-налогоплательщика. Следует сначала проверить того, с кем вы собираетесь сотрудничать, а потом уже проводить с ним сделки – так гласит правило осмотрительности.

Поэтому инспекторы обращают внимание, проводилась ли такая работа в компании и насколько тщательно.

Далее налоговики сами проверяют сомнительных контрагентов – на случай, если налогоплательщик не сделал свою работу должным образом: контрагент может находиться на стадии банкротства, а организация проверяла ее несколько лет назад и поэтому не в курсе проблем контрагента, который сознательно умалчивает о своем бедственном положении.

При обнаружении сомнительных фактов хозяйственной деятельности в обязательном порядке запрашиваются пояснения проверяемой организации, должностных лиц, которые впоследствии сопоставляются с данными первичных учетных документов. при обнаружении противоречий также запрашиваются пояснения.

Тем не менее, ФНС следует руководствоваться п.3 ст.54.

1 НК РФ – если не удалось идентифицировать лиц, подписавших учетные документы или контрагент по сделке имеет налоговые правонарушения, это не может являться причиной признания сделки сомнительной, а значит и являться причиной налогового правонарушения организации.

Что будет, если налоговики докажут получение необоснованной выгоды

По результатам проверки инспекторы обязаны составить акт, в котором должны быть отражены все сомнительные сделки, а также причины и обстоятельства, согласно которым эти сделки причислены к сомнительным. Перечисления сделок, в результате которых предприятие получило необоснованную налоговую выгоду, не достаточно.

Налоговики должны детально описать все ситуации возникновения налоговой экономии с указанием должностных лиц, конкретных действий, которые повлекли за собой налоговое правонарушение, а также указать существенность и размер причиненного ущерба бюджету.

Напомним, все правонарушения должны быть доказаны, а, значит, и акт налоговой проверки должен содержать все необходимые доказательства.

Какие же последствия грозят вам, если все-таки налоговикам удалось доказать, что вы получили необоснованную налоговую выгоду по сомнительной сделке? В первую очередь вам рассчитают и доначислят сумму налога к уплате (вплоть до 50%), а также назначат штрафы и пени. И, конечно же, испортится налоговая история – теперь вы будете иметь налоговое правонарушение.

Как обоснованно получить налоговую выгоду в 2019 году

Изначально термин «необоснованная налоговая выгода» появился в рамках борьбы с компаниями-однодневками. За последующие десять лет границы термина значительно расширились. Однако, если вы являетесь добропорядочным налогоплательщиком и хотите избежать споров с налоговыми инстанциями, то нужно:

  1. Проверять контрагентов на момент заключения договора и совершения сделки – насколько он добропорядочный налогоплательщик, как долго он работает (является ли однодневкой), имеет ли ресурсы и техническую базу для совершения сделки. Конечно, это влечет за собой существенные издержки – временные (если у вас значительное количество контрагентов и вы являетесь субъектом крупного бизнеса), финансовые (значительные финансовые расходы для проверки контрагентов и хранения этой информации), людские (чтобы собрать всю информацию о контрагенте, нужно иметь в штате специального работника) и так далее.
  2. Проверять контрагентов не только на старте сотрудничества с ними, но и в течение всего ведения бизнеса – в любой момент контрагент может стать банкротом, находиться в стадии ликвидации или реорганизации, сменить руководство, цель и принципы ведения бизнеса, лишиться всех своих активов или материально-технической базы для производства продукции/работ/услуг.
  3. Следить за правильным и верным оформлением первичных учетных документов (как исходящих, так и входящих). Для этого нужно, в первую очередь, утвердить приказом руководства круг лиц, которые могут подписывать сопроводительные к товарам документы, и усилить систему внутреннего контроля за правильным документооборотом в компании. А также проверять всю входящую документацию на предмет наличия всех реквизитов и правильного оформления.
  4. Не искажать налоговую базу по налогам, искусственно увеличивая расходы и уменьшая доходы. Рекомендуется оптимизировать собственные налоги исходя из системы налогообложения.
  5. Составлять договоры с контрагентами таким образом, чтобы в случае налоговых претензий со стороны налоговиков по поводу недобросовестного контрагента, сумму необоснованной налоговой выгоды можно было взыскать с такого недобросовестного партнера.

Источник: https://www.fd.ru/articles/158443-neobosnovannaya-nalogovaya-vygoda-qqq-17-m1

Страж закона
Добавить комментарий